Гашек Ярослав - Дело Государственной Важности



humor_prose Ярослав Гашек Дело государственной важности ru Ego ego1978@mail.ru FB Tools 2006-01-22 http://www.gashek.prag.ru EGO-23A58-AE8E-4219-B293-3FFF853AAA39 1.0 Ярослав Гашек. Сочинения в пяти томах Правда Москва 1966 Ярослав Гашек
Дело государственной важности
Его высочество владетельный князь Оксенгаузен впал в слабоумие настолько явное, что это заметили даже его министры, которые и сами отнюдь не были титанами ума. Не станем рассказывать о том, как долго кабинет министров обсуждал этот вопрос, ходил, как говорится, вокруг да около, пока решился признать, что его высочество князя Аладара XXI постигло умственное расстройство, которое нельзя характеризовать иначе, как полным маразмом, и что он больше неспособен управлять княжеством. Только министр двора был в душе не согласен с этим заключением, но не стал возражать, опасаясь, как бы, коллеги, чего доброго, не объявили идиотом и его — в доказательствах не было бы недостатка, — и потому проголосовал вместе со всеми; решение было вынесено единогласно.
Для того чтобы установить регентство, нужно было эту догадку не сведущих в медицине лиц подкрепить свидетельством врача-специалиста. Премьер-министр взял на себя нелегкую миссию поговорить с придворным лейб-медиком его высочества. Вызвав медика к себе, он сказал:
— Дорогой господин медицинский советник, я пригласил вас, чтобы обсудить состояние здоровья его высочества. Мои коллеги того мнения, что несомненные и богатые душевные дарования нашего высокородного князя в последнее время…
— …развиваются сверх всяких ожиданий?.. Вы совершенно правы, ваше превосходительство!,.
— Вы угадали мою мысль, господин медицинский советник. Эти редкостные дарования его высочества развиваются не только сверх всяких ожиданий… но и в совершенно неожиданном направлении… гм… гм… Одним словом, все это просто поразительно.

Вчера я имел честь сопровождать его высочество на прогулке. По дороге нам попались силки, расставленные птицеловом. Его высочество стал расспрашивать меня об их устройстве.

Я объяснил ему, что птицы прилипают к веткам, намазанным клеем, и так попадают в руки птицелову. Его высочество со свойственной ему благосклонностью выслушал мои объяснения, а o потом соизволил осведомиться: «А что, если прилипнет сам птицелов? Тогда он попадет в лапки к птичкам?»
— Гени-аль-ная острота! Гениальная! — смеясь, воскликнул лейб-медик. — Вот видите, ваше превосходительство, его высочество становится все остроумней?
«Этот тип тоже впал в слабоумие», — подумал премьер-министр и не стал больше задерживать лейб-медика.
Неторопливо шагая восвояси, лейб-медик размышлял о том, что означает этот разговор. Премьер-министр как будто недоволен его ответом… Что же нужно премьеру? Лейб-медика вдруг осенило: да, да, несомненно!

Эти люди замышляют что-то против его высочества. Они хотят, чтобы он, лейб-медик, дал неблагоприятное заключение о повелителе. Кто знает, что здесь готовится! А что, если после Турции и Португалии пришел черед и Оксенгаузену? И это министры его высочества!

Но он, лейб-медик, раскроет их гнусный заговор. Он изобличит их!
На другой день лейб-медик узнал, что в Оксенгаузен прибыл из Берлина знаменитый невропатолог, профессор Гшейдтле, и был принят в личной аудиенции князем, а после этого имел долгую беседу с премьер-министром. Лейб-медик решил идти ва-банк. Он надел парадную форму и отправился с визитом к приезжей знаменитости.
— Как жаль, — сказал он после нескольких приветственных фраз, — что мы такому прискорбному обстоятельству обязаны знакомством



Содержание раздела