Гейман Нейл - Дым И Зеркала



ГЕЙМАН НИЛ
ДЫМ И ЗЕРКАЛА
Кошмарные сны и странная, сюрреалистическая реальность, далеко эти сны превосходящая.
Здесь в сэконд-хенде можно по сходной цене купить Святой Грааль...
Здесь Черный Кот, из милости подобранный обитателями загородного дома, платит за их доброту ВЕСЬМА НЕОЖИДАННЫМ СПОСОБОМ.
Здесь в лавкрафтовском городе Инсмуте веселый турист пьет горькую в компании жрецов Ктулху...
Здесь борьба ангелов с демонами превращается в эстетское «дело об убийстве», вервольф становится частным детективом, а сказка о Белоснежке — стильной «готской прозой».
Дым и зеркала меняют НАШ МИР — И НАШЕ СОЗНАНИЕ...
Читайте ПОТРЯСАЮЩИЙ ВООБРАЖЕНИЕ СБОРНИК автора культовых «Американских богов»!
Но там, где есть чудовище, есть и чудо.
Огден Нэш. «Драконы стали слишком редки»
ПРЕДИСЛОВИЕ
Писать — все равно, что летать во сне. Когда вспоминаешь.
Когда можешь. Когда получается. Это легко.
Дневник автора, февраль 1992
Это делается при помощи зеркал. Конечно же, такое утверждение — клише, но тем не менее правда. Фокусники использовали зеркала, обычно поставленные под углом в сорок пять градусов, с тех самых пор, когда более ста лет назад викторианцы начали изготавливать в больших количествах зеркала, точно воспроизводящие реальность. Джон Невил Маскелин проделал это в 1862 году с платяным шкафом, который благодаря умело поставленному зеркалу скрывал больше, чем показывал.
Зеркала — удивительные вещи. Они как будто говорят правду, отражают для нас реальный мир, но поставьте зеркало определенным образом, и оно станет лгать так убедительно, что вы поверите, будто предмет растворился в воздухе, коробка с голубками, флагами и пауками на самом деле пуста, а люди, спрятанные за кулисами или в оркестровой яме, — это покачивающиеся над сценой привидения. Найдите нужный угол — и зеркало превратится в створку магического окна: оно покажет вам все, что сумеет породить ваше воображение, и еще кое-что, на что оно даже не способно.
А дым предметы стирает.
Истории и сказки — тоже в определенном смысле зеркала. Мы прибегаем к ним, чтобы объяснить самим себе, как устроен или не устроен мир. Как и зеркала, сказки готовят нас к грядущему дню.

Они отвлекают нас от того, что притаилось в темноте.
Фэнтези — а вся художественная литература в той или иной мере фэнтези — зеркало. Да, несомненно, кривое зеркало или зеркало фокусника, поставленное под углом в сорок пять градусов к реальности, но тем не менее зеркало, в которое можно заглянуть и увидеть в нем то, чего обычно мы бы не увидели. (Сказки, как сказал однажды Г. К. Честертон, больше чем истина. Не потому, что они говорят нам про то, что драконы существуют, но потому, что говорят про то, что дракона можно победить.)
Сегодня началась зима. Небо стало серым, пошел снег и не прекращался до поздней ночи. Я сидел в темноте и смотрел, как он падает, как блестят и мерцают снежинки, когда, кружась, попадают в пятно света и исчезают из него снова, и думал, откуда берутся сюжеты.
О таком как раз и недоумеваешь, когда придумываешь их ради заработка. Меня еще не отпускают сомнения, действительно ли подобное занятие — подходящая профессия для взрослого, но уже слишком поздно: у меня, кажется, есть карьера, которая мне по душе и которая позволяет мне не вставать рано утром. (Когда я был маленьким, взрослые требовали, чтобы я не сочинял, предрекая мне всякие напасти, если я и дальше буду продолжать в том же духе. Насколько я понимаю сейчас, как раз сочинительство влечет за собой дальние странствия и невставание рано ут



Назад