Геммел Дэвид - Последний Хранитель (Шэнноу - 2)



Дэвид ГЕММЕЛ
ШЭННОУ - 2
ПОСЛЕДНИЙ ХРАНИТЕЛЬ
Этот роман посвящается с любовью моим детям Кэтрин и Люку, которые, к
счастью, еще слишком молоды и не понимают, какие они прекрасные люди.
Перевод с англ. И. Гуровой.
Анонс
Могущественному Злу удалось открыть врата между прошлым и будущим, и
некому остановить всесильного врага, если погибнет Йон Шэнноу, воин Света,
охотник за Зверем Тьмы. Йон Шэнноу - одинокий всадник. Волк скалистых
пустынь, в которые мир обратился триста лет назад. Хищник среди хищников,
стрелок среди стрелков, человек, в совершенстве постигший новый закон бытия
- УБЕЙ или УМРИ. Он - герой, которому в час смертельной опасности предстоит
совершить невозможное - отыскать Меч Божий там, откуда не возвращался еще
ни один человек. Йон Шэнноу - тот, кто обязан вернуться.
1
К югу от Чумных Земель 2541 год от Р.Х.
Но он не умер. Когда температура упала ниже тридцати градусов, мышцы
бедра вокруг пулевой раны замерзли, и дальние шпили Иерусалима расплылись,
изменились, превратились в одетые снегом сосны. Его борода оледенела,
толстая длинная черная куртка в лунном свете казалась совсем белой. Шэнноу
покачивался в седле, стараясь вновь увидеть город, который так долго искал.
Но город исчез. Конь споткнулся, правой рукой Шэнноу вцепился в луку седла,
и рана в бедре отозвалась новой болью.
Он повернул вороного жеребца и начал спускаться в долину.
В его мозгу вихрем проносились лица, образы: Каритас, Руфь, Донна.
Опасное путешествие через Чумные Земли и битвы с исчадиями, жуткий
корабль-призрак высоко на горе. Ружья и гром выстрелов, войны и смерти.
Буран обрел новые силы, ветер хлестал Шэнноу по лицу колючими снежными
хлопьями. Он не видел, куда едет, и его мысли начали блуждать. Он знал, что
с каждой уходящей секундой жизнь по капле покидает его тело, но у него не
осталось ни сил, ни воли продолжать борьбу.
Ему вспомнилась ферма... то, как он в первый раз увидел Донну: на
пороге дома с древним арбалетом в руках. Она сочла его разбойником и
боялась за свою жизнь и за жизнь своего сына, Эрика. Шэнноу не винил ее за
эту ошибку. Он знал, что приходит в голову людям, когда они видят
подъезжающего Иерусалимца - высокую худую фигуру в кожаной шляпе с плоскими
полями, человека, Взыскующего Иерусалима, с холодными-холодными глазами,
которые видели слишком много смертей и отчаяния. Люди вскакивали и долго
смотрели - сначала на его ничего не выражающее лицо, а потом их взгляды
притягивали пистолеты, грозное оружие Громобоя.
Но Донна Тейбард была другой. Она пригласила Шэнноу в свой дом к
своему очагу, и впервые за двадцать изнурительных лет Взыскующий Иерусалима
узнал счастье.
Но затем появились разбойники, зачинатели войн и, наконец, исчадия
Ада. Шэнноу сражался с ними всеми ради женщины, которую любил, - и все для
того, чтобы она стала женой другого.
Теперь он был вновь один, умирал на ледяной горе в не нанесенной на
карту глуши. И - странно! - ему было все равно. Ветер завывал вокруг
всадника и его коня, и Шэнноу припал к холке жеребца, зачарованный пением
сирены-вьюги. Конь был из горного края, ему не нравились ни воющие ветры,
ни жалящий снег. Теперь, лавируя между стволами, юн выбрался к подветренной
стороне отрога и по оленьей тропе спустился ко входу в высокий лавовый
туннель, который тянулся под древним вулканическим хребтом. Там было
теплее, и жеребец трусил вперед, ощущая мертвый груз на своей шее и спине.
Он тревожился - его всадник всегда безупречно держал равновесие, а команды




Назад