Герберт Джеймс - Волшебный Дом



ДЖЕЙМС ХЕРБЕРТ
ВОЛШЕБНЫЙ ДОМ
Аннотация
Вы верите в Волшебство? Майк Стрингер никогда и мысли не допускал о его существовании. Но Волшебство присутствует в мире независимо от нашей веры и однажды вторгается в реальную жизнь, заставляя делать выбор между Добром и Злом.
Волшебство
Вы верите в Волшебство? Я хочу сказать, в настоящее Волшебство, с большой буквы? Не вытаскивание кроликов из шляпы, не исчезновение разукрашенных блестками женщин, не пляшущие в воздухе серебряные сферы, а настоящее действо, не трюки, не иллюзии.

Я имею в виду чары, колдовство — даже ворожбу, чернокнижие. Поврежденные конечности, заживающие за одну ночь, доверяющие людям звери, оживающие картины. Смутные тени, которых на самом деле нет.

И еще многое, многое другое, но пока еще рано говорить об этом.
Может быть — скорее всего — вы не верите. Может быть, верите наполовину. Или, может быть, хотите верить.
Чтото вроде волшебства мне довелось узнать еще задолго до того, как мы сняли тот коттедж, — оно возникало из порошков и таблеток, которые мы принимали вместе с друзьями, но то были всего лишь галлюцинации. И весьма обрывочные. С настоящим же Волшебством я познакомился, когда мы приехали в Грэмери.
И это было Доброе Волшебство.
Однако все имеет свою оборотную сторону, и я обнаружил, что Доброе Волшебство не является исключением.
Если хотите, если вам действительно хочется на время поверить — как в конце концов пришлось поверить мне, — я расскажу вам об этом.
Объявление
Первой то объявление увидела Мидж. Она несколько недель просматривала разбитые по темам колонки в «Санди Таймс» и красным фломастером обводила самые интересные объявления о продаже недвижимости. Идея уехать из грязного города воодушевляла Мидж чуть больше, чем меня.

Каждую неделю мне представлялось на рассмотрение множество красных кружков, и мы вместе читали отмеченные объявления, обсуждая достоинства и недостатки, выискивая то, что смогло бы нас устроить. Однако пока ничто не вызывало особого восторга.
В то воскресенье для меня был приготовлен лишь один красный кружок. Коттедж. С прилегающим лесом, уединенный.

Требует небольшого ремонта.
«Ну и что в нем особенного?» — подумалось мне.
— Эй, Мидж!
Она была на кухне. Мы снимали квартиру в Лондоне, неподалеку от БаронсКорт, — просторное помещение с высокими потолками и такой же высокой квартплатой, с множеством комнат, что позволяло Мидж заниматься своей живописью, а мне моей музыкой, не встречаясь без надобности друг с другом.

Но иногда нам хотелось иметь чтото свое. Хотелось чегонибудь «деревенского», хотя, как я уже сказал, у Мидж это желание было более жгучим, чем у меня.
Она возникла в дверях, темноволосая, со светящимися, как у феи, глазами, пять футов и один дюйм сплошного очарования (во всяком случае, для меня, а я весьма привередлив).
Я хлопнул газетой.
— Всего одно?
Мидж швырнула губку назад в раковину — мы только что закончили поздний (очень поздний) завтрак, — босыми ногами прошлепала к дивану, на котором развалился я, и опустилась на корточки, целомудренно обернув колени тонкой ночной рубашкой. Когда она заговорила, то смотрела не на меня, а на объявление.
— Интересное только одно.
Это меня озадачило.
— Здесь не так уж много сказано. Обветшавший коттедж — вот и все. И где, черт побери, находится этот Кентрип?
— Я посмотрела. Неподалеку от Бэнбери.
Я не удержался от улыбки:
— Вот как?
— Это в Гемпшире.
— Хорошо хоть там, а то я уже начал беспокоиться: порой у тебя вызывают интерес самые что ни на есть медвежьи



Назад